Вближайшие дни в российской Астрахани состоится четвертый каспийский Саммит пяти прикас­пийских государств. И если не ожидается «покушений» на лидеров прикаспийских государств, как это было объявлено российскими  СМИ  перед  визитом  Президента РФ Владимира Путина в Тегеран в 2007 году, сенсаций о подписании всеобъемлющей  Конвенции по статусу Каспия, очевидно не предвидится. 

Если оглянуться в историю, проблема статуса Каспия это наследие договоренностей двух и даже трех прошлых веков, когда закрытый водоем был поделен между сначала Российской Империей и Персией, а потом  СССР и Ираном, что устраивало эти два государства.

Уже более 20 лет как суверенных государств на Каспии пять, а менталитет прошлого, по-прежнему, преследует хозяйствующие субъекты всех прикас­пийских государств.

Несмотря на то, что двусторонние отношения между всеми прикаспийскими странами находятся на высоком политическом уровне (что подчеркивается во время двусторонних переговоров и различных международных мероприятий высокого уровня), пятисторонний формат показывает гораздо меньшую динамику. Этому есть множество причин - клубок международных геополитических противоречий, связанных с причинами и самими санкциями против России и Ирана, своеобразные методы конкуренции на мировых газовых рынках, различие законодательных инвестиционных режимов и подходов к привлечению международных инвесторов, региональные приоритеты развития прикаспийских стран, превратили статус Каспия в «долгоиграющую плас­тинку» - разноуровневую правовую, экономическую, био-экологическую проблему. В разной степени интенсивности разработка энергоресурсов ведется во всех каспийских секторах, де-факто признавая тем самым секторальный метод раздела водоема методом серединной линии. 

Несмотря на усилия дипломатов, за  рамками статуса Каспия остаются практические проблемы трубопроводного соединения восточного и западного берегов Каспия (с целью экспорта энергоресурсов Казахстана и Туркменистана на европейские рынки), юридическая неопределенность разработки  крупного нефтяного месторождения «Кяпаз-Сердар» (Азербайджан-Туркменистан), по-прежнему не адекватен активно развивающимся двусторонним отношениям и подход Ирана к разработке крупных газовых структур «Араз», «Алов», «Шярг» в азербайджанском национальном секторе Каспия. Кроме того, из-за различия внутренних законодательных подходов, с 2006 года затягивается реализация сог­лашения между «КазМунайГаз» и российской «ЦентрКаспнефтегаз» по разработке  трансграничной структуры «Центральная» (юрисдикция РФ)  на севере Каспия. 

Все это не способствует созданию благоприятного  инвестиционного фона и тормозит экономическое, технологическое и инновационное развитие всего каспийского оффшора, ограничивая потоки каспийских энергоресурсов на мировые рынки действующими нефтегазовыми конт­рактами. Но такая ситуация не может продолжаться, устойчиво высокий коридор цен на нефть, усиленный рост спроса на газ в Азиатско-Тихо­океанском регионе, заявленные правительственные программы  освоения своего сектора Каспия - Ирана, Туркменистана, России, Казахстана, интенсификация разведки в Азербайджане, будут прод­вигать процесс статуса Кас­пия вперед. Необходимым представляется также  поиск новых форм реального бизнес-сотрудничества пяти прикаспийских государств на Каспии без создания каких бы то ни было наднациональных структур, на паритетной и равноправной взаимовыгодной основе с привлечением как государственных, так и частных независимых международных и каспийских компаний.