Caspian Energy (CE): Г-н Сулейманов, в конце XIX века в США отменили рабство, а в России крепостное право. В этот период в Азербайджане интенсивно развивалось бурение нефтяных скважин и, естественно, росла неф­тедобыча. Этому способствовало усовершенствование и создание новых образцов буровой техники, которыми интересовалась разведка.

В этой связи для нашего журнала хотелось бы выяснить период начала истории создания Управления научно-технической разведки ПГУ КГБ СССР, которое занималось, в сегодняшнем понимании, сбором нужной стране информации о новинках технических достижений в мире, бывшей советской инженерии.

Руководитель линии научно-техничес­кой разведки Первого отдела КГБ Азербайджанской ССР, полковник Шамиль Сулейманов: История разведывательной деятельности человечества корнями уходит в глубокую древность. Советская внешняя разведка берет начало с кануна 20-х годов прош­лого столетия.

В последние годы существования СССР, т.е. в 90-е годы в Комитете государственной безопасности разведка именовалась ПГУ - Первое Главное Управление.

История Управления научно-технической разведки ПГУ берет начало в послевоенные годы. До этого сбор научно-технической информации не носил систематизированный характер. Создание управления было инициировано Сталиным в 40-50 гг., когда стало известно о создании в США атомного оружия, которое впоследствии было испытано в Хиросиме и Нагасаки.

Создателем бомбы был немецкий физик-атомщик, эмигрировавший в США. Сталин,  обеспокоенный наличием у США ядерного оружия, поручил советскому ученому Курчатову возобновить исследования в этой области. Одновременно с этим он поставил задачу и перед МГБ (Министерство госбезопасности) – во что бы то ни стало заняться добычей материалов, касающихся расчетов атомной бомбы. Это Ведомство добралось до источников, которые обеспечили СССР необходимыми материалами. На это разведке понадобился период с 1945 по 1947 годы. Нашей разведке удалось в США получить доступ к заводам, производящим оборудование для промышленных центров, занятых в сфере производства бомбы. Усилия СССР в этой области позволили ускоренными темпами приблизиться к намеченной цели. Советский Союз в 1949 году испытал свою первую атомную бомбу на полигоне в Казахстане.

В этот же период СССР был уже близок к созданию водородной бомбы. Эти успехи положили конец сущест­вовавшему в тот период дисбалансу в области ядерного оружия.

Помощь МГБ оказалась весьма весомой. Этот результат натолкнул на мысль о необходимости создания в разведке специального подразделения, которое было названо: научно-техническое разведывательное Управление в составе ПГУ КГБ СССР.

Это же управление имеет и два других атрибута: Управление «Т» и Управление «Х»-ов.

CE: В 1949 году в Азербайджане началась добыча морской нефти на месторождении «Нефт Дашлары» («Нефтяные камни»). Был ли этот шаг началом морской нефтедобычи в мире или же в истории освоения морс­ких залежей были и другие случаи? Если они Вам известны, то, пожалуйста, расскажите о них.

Шамиль Сулейманов: Первоначально нефть в Азербайджане добывалась из вырытых колодцев. Затем был осуществлен переход на бурение скважин так называемым ударным способом. Это было в Балаханах, а затем район нефтедобычи переместился на Баилово, где нефтяные пласты находились в акватории прибрежной части моря. Руководство Республики в 20-е годы прошлого столетия приняло решение отвоевать у моря участок, путем засыпки. Это намерение было претворено в жизнь под руководством инженера Потоцкого. На созданной искусственной суше были пробурены скважины, из которых фонтанировала нефть. 

В истории эксплуатации нефтяных мес­торождений это было значительным событием, так как оно рассматривалось в качестве начала морской нефтедобычи.

По полученным геофизическим картам было известно, что в 120 км. от берега существует вероятность обнаружения крупных нефтяных залежей. Однако добраться до них не позволяла техническая отсталость. Но созданная платформа, на выглядывавших из-под воды нескольких скалах, позволила соорудить буровую вышку и необходимое для бурения скважин оборудование.

Эта точка стала отправным пунктом для создания впоследствии крупного нефтепромыслового управления «Неф­тяные камни». У этого месторождения есть и более романтичное название – «Остров семи кораблей».

CE: Вы один из участников создания линии научно-технической разведки в КГБ Азербайджанской ССР. Поведайте журналу историю ее создания и пользу для нефтяников Республики, которую принесла группа за период 30-ти летнего своего существования.

Шамиль Сулейманов: Наличие в Республике готовых, эрудированных, грамотных и с научными степенями высококвалифицированных научных и технических специалистов позволило нам обратиться в Центр, т.е. в ПГУ КГБ СССР с просьбой создать в Разведотделе КГБ Азербайджана линию по научно-технической разведке. Москва, рассмотрев нашу просьбу, приняла решение согласиться с нами. И вот в 1963 году создается эта линия, в штат которой было выделено три единицы. Две из них – в так называемый действующий резерв.

В этом направлении работали только лица с техническим образованием и со знанием иностранного языка. Основная задача группы заключалась в создании подсобного аппарата из числа молодых, способных, грамотных, перспективных научных работников, трудившихся в Академии наук, в ее научных институтах и центрах, в институтах Министерства высшего и среднего специального образования, а также в институтах респуб­ликанской промышленности. К выполнению этой задачи все трое приступили сразу же.

В начале 1963 года нами от источника была получена информация о постройке и испытании американцами полупогружной буровой установки (ППБУ) в Мексиканском заливе. Это было новое явление в морской нефтедобыче. У нас, в республике, имелась практика морской добычи на «Нефтяных камнях». Это были сваи, на которых строилась дорога, справа и слева от которой возводились небольшие основания для буровых скважин, но ППБУ у нас не было.

Узнав об этом, нефтяники республики поставили перед нами задачу – добыть необходимую информацию, которую можно было бы использовать для создания своего ППБУ.

Наша тройка – Эфендиев С.Б., БабаевД.И. и я - часами просиживали, обмозговывая различные варианты, могущие помочь добраться до этой информации. Основной вариант предусматривал проведение бесед с ведущими нефтяниками республики, в первую очередь, с академиками-буровиками. И вот, наконец, друг Бабаева Д.И. ученый-академик, по специальности буровик, сообщил: 

- Он что-то подобное слышал от американского ученого, с которым у него прекрасные личные отношения, когда тот обсуждал с другими учеными своей страны параметры установки. 

Нами было принято решение использовать возможности академика. Для этого он был направлен в научную командировку в Техас, где стал встречаться и общаться со своим американским приятелем, в процессе которых ему удалось уговорить его поехать в Баку, с сохранением в тайне факта его нахождения в СССР.

Согласно программе пребывания американца в Азербайджане ему были показаны все достопримечательности нашего города Баку и республики. Он был вывезен и на озеро Гёй-Гёль, очаровавшее его. Но кульминацией программы мы считали выезд на «Нефтяные камни» и не просчитались. В капитанской каюте т/х «Баба-заде» обильно был накрыт стол с яствами и несколькими видами напитков. Он выбрал и пил малыми глотками коньяк «Гянджа». 

На «Нефтяных камнях» его сопровож­дали академик и мы, трое сотрудников. Поездка по эстакаде по деревянному настилу к буровым скважинам оказала на него потрясающее воздействие. От увиденного он был в восторге. Посетили и могилу Каверочкина М.П. Трагическая гибель на месте трудовой деятельности повергла иностранца в изумление. Американец восхищался героическим трудом нефтяников, но был ошеломлен ответом на его вопрос, что протяженность построенной эстакады приближается к отметке – 100 км.

Возвращаясь в Баку в каюте т/х «Баба-заде» американец отметил, что само строительство эстакады подобной длины требует колоссальных сил и средств.

Один из троих присутствовавших сот­рудников спросил:

-В Америке что-либо подобное су­ществует?

Иностранец признался: у нас есть сооружение, т.е. ППБУ, с которого осуществляется бурение скважин. Эта установка работает в Мексиканском заливе. Она современна, перспективна и очень интересна с научной точки зрения. Она напоминает небольшой городок.

В отличие от «Нефтяных камней» - уникального сооружения, наша установка механизирована, сама перемещается по морю, плывет в любую точку моря и бурит скважину на любой глубине.

- Да, было бы хорошо использовать ее на Каспии – сказал академик. 

- Да, - согласился американец, - добавив, - Вашему мужественному народу не помешала бы плавучая установка, облегчила бы труд нефтяникам.

До проводов американца из Баку, академику удалось уговорить его помочь морским нефтяникам получить расчеты ППБУ.

Американец довольный пребыванием в Баку и отсутствием каких-либо отметок в паспорте покинул аэропорт Шереметьево.

Через месяц, иностранец на одном из нефтяных конгрессов передал полный расчет проекта ППБУ под названием «Мохол».

Операция была завершена успешно, а документ был доставлен в Баку. Москва, настоятельно требовала отправки им добытой нами научно-технической информации, но мы им в этом отказали, т.к. нашей республике надо было найти альтернативу строительству дорогостоящей эстакады.

Спорный с Москвой вопрос решил Алиев Гейдар Алиевич (Общенациональный Лидер Азербайджана), занимавший в то время должность заместителя председателя КГБ Азербайджана. По его предложению в «Гипроморнефти» была создана лаборатория закрытого типа, куда проект «Мохол» был передан для изучения и создания собственного ППБУ, но видоизмененного, во избежание иска со стороны США и возможной расшифровки источника, передавшего нам подлинник.

Первый советский ППБУ был сконструирован в Азербайджане. В последующем заводы по строительству ППБУ были сооружены в Астрахани и на дальнем Востоке.

Это конкретный результат плодотворной работы линии научно-технической разведки КГБ Азербайджана, который следует рассматривать как значительный вклад со стороны госбезопасности в развитие народного хозяйства СССР.

70-ые годы. В Азербайджане продолжается эксплуатация старых месторождений. Дебит работающих на этих площадях скважин был совсем незначительным, то есть от 0,2 т до 1,5 т в сутки. Эта категория скважин относилась к малодебитным. Себестоимость тонны этой нефти обходилась государству дорого. Но добывать ее в Азербайджане вынуждены были, так как эта нефть была почти бессернистой и ее переработка обеспечивала топливом и маслами ракетную и космическую технику. Перед линией научно-технической разведки встала задача – помочь нефтяникам добыть информацию, которая помогла бы им облегчить вопрос увеличения добычи нефти, сократив ощутимые расходы.

Изучив имеющийся в нашем распоряжении весь информационный массив, мы обнаружили небольшую статью – вырезку из газеты, издающейся в развитой европейской стране. В ней содержалось краткое сообщение об увеличении добычи на старых месторождениях. Но каким способом – об этом ни слова. 

Делаем попытку добраться до дос­товерной информации. Подбираем источник. Он ученый-нефтяник, доктор технических наук, прекрасно владеет анг­лийским языком, имеет практический опыт работы по эксплуатации нефтяных скважин. Готовим ему командировку в страну, имеющей отношение к статье.

Находясь за рубежом наш ученый знакомится с научными и производственными процессами, посещает неф­тепромыслы, общается с нефтяниками. Однажды участвует в ремонте скважины и при подъеме труб обращает внимание на необычную конструкцию эксплуатационных труб. Интересуется у бригадира конструкцией, он поясняет, что один из четырех работающих в скважине глубинных насосов сработался и подлежит замене. Но заменить придется все четыре насоса. На вопрос нашего ученого почему в скважине четыре насоса, а не один, бригадир объясняет, что нефть отбирается в скважине одновременно с четырех пластов, следовательно для каждого пласта в скважину опускается свой насос. Ученый понял, что он имеет дело с новой технологией в нефтедобыче. Вечером наш ученый посетил бригадира в его рабочем кабинете и попросил его разрешить ему посмотреть подборку материалов на конструкцию труб с насосами. Просмотрев стопку материалов, ученый попросил на небольшое время их взять к себе в номер, чтобы в спокойной обстановке разобраться во всем. В этот же вечер ученый снял копии всех материалов.

В Азербайджане добытую информацию КГБ республики передал руководству объединения «Азнефть». По подсчетам специалистов годовой экономический эффект от внедрения добытой научно-технической информации сос­тавлял около 430 млн рублей. Этой суммы тогда было достаточно для содержания в течение нескольких лет не только КГБ, но и другие Ведомства Республики.

Я повествовал только о двух случаях, по которым для Отечества была добыта ценнейшая научно-техническая информация. А ведь линия НТР в Баку трудилась без устали и постоянно доставляла в страну материалы, использование которых помогало и способствовало прогрессу науки, техники, экономики, обороны и космоса. Ведь страна получала проекты и информацию, готовые для внедрения в жизнь.

CE: А разве нельзя было просто купить установку или разработать и создать свою отечественную?

Шамиль Сулейманов: Ваш вопрос уместный и на него можно ответить, как принято говорить, не глядя – да, можно было бы, но… Мешает частица «но». Ведь период то был 1963-1965 гг., оголтелый размах «холодной войны», проводилась США против СССР не только в политике, но и, главным образом, в экономике путем использования «эмбарго» на ноу-хау. Поэтому добыче научно-технической информации уделялось особое внимание. Эта задача была закреплена за Управлением «Т» ПГУКГБ СССР.

Все добытые научные материалы, образцы техники или проекты способствовали ускорению производства, принося Отечеству огромную пользу. Так случилось и с проектом «Мохол». В Баку создали лабораторию закрытого типа, в которой был рожден советский проект ППБУ.

А в 70-е годы по этому проекту в СССР была построена первая установка в Карадагском районе на берегу моря недалеко от города Баку.

Работы по строительству осуществлялись под постоянным контролем первого секретаря ЦК компартии Азербайджана Гейдара Алиевича Алиева.

Серийный выпуск установок ППБУ в Союзе был начат во второй половине 70-х годов.

CE: По сравнению с масштабом выполненных задач группа НТР выглядит  малочисленной...

Шамиль Сулейманов: Да, Вы абсолютно правы. Но не забывайте, это была первая группа, созданная в начале 60-х годов. А ведь в разведотделе КГБ Азербайджана раньше не было этой линии. Но, если обратить взоры к первой половине 80-х годов, то в это время на этой линии в ее составе уже трудились почти 1,5 десятка сотрудников.

CE: Шамиль Касумович, Вы недавно выпустили книгу “Третья древнейшая», расскажите, пожалуйста, о чем она повествует?

Шамиль Сулейманов: Книга написана в соавторстве с Мишиным В. Г., видным российским журналистом и писателем, единственным в Азербайджане обладателем Большой золотой медали международного конкурса «Пегаз». В основе этого романа реальные события, произошедшие в 80-е годы прошлого века в Швеции. Линия научно-техничес­кой разведки, которой я руководил в Стокгольм­ской резидентуре ПГУ, целе­устремленно и последовательно осуществляла поиск источников информации о секретных технических новинках, создаваемых и используемых в работе «Главным противником». Любая информация, даже на уровне слухов, о зарубежных научно-технических ноу-хау в ПГУ анализировалась. Поэтому полученные от источника сведения о наличии у ЦРУ и ФБР секретного малогабаритного аппарата RV-1500, созданного по специальному заказу американских спецслужб Японией, стали для нашей точки основанием для организации плановой работы, с целью установления местонахождения этого прибора. Для этого, в первую очередь, нам нужен был источник, располагающий реальными возможностями и обладающий прекрасными личными качествами, основным из которых была его коммуникабельность. Поиск завершился удачно. Мы подобрали источник, который по происхождению был норвежцем. Поставленную перед ним задачу он уяснил себе и приступил к поиску подходящего контакта. Через некоторое время он вышел на американца, работающего на военной базе, дислоцирующейся на Севере Швеции у самого берега моря. Источник выяснил, что США имеют в этой стране военно-морские и сухопутные базы. Тайна нейтральной в мире страны была предана гласности. База располагала шестью или семью огромными ангарами, устроенными в вырытых гранитных гротах, то есть в естественных скалах. Оказалось, что эти гроты сущест­вовали еще в период Второй Мировой войны и ими пользовалась гитлеровская Германия. В то время Швеция отношения к войне не имела и внешне сохраняла нейтралитет, но территорию свою предоставила фашистским захватчикам.

В результате продолжительного контакта с американцем, источнику удалось получить каталог и опись оборудования, хранившегося в ангаре, где тот был основным и единственным ответственным лицом. В каталоге значился аппарат RV-1500. Осуществление комбинации оперативных мероприятий позволило источнику склонить американца дать согласие на продажу этих аппаратов Советскому Союзу. После долгих сопротивлений американец через источник передал нам 30 штук этих приборов.

На базе этих аппаратов закрытый инс­титут Военно-промышленного комплекса СССР создал наш советский. Он был усовершенствованным и по техническим способностям стоял гораздо выше.

Благодарим Вас за интервью